Всякий раз возвращаясь в расположение роты, я испытываю довольно странное чувство. Очень меня тяготит привязка к конкретному месту пребывания, с учетом того, что это происходит в игре. Все мы в своей реальной жизни с самого ее начала и до самого конца к чему-то да привязаны. Школа, армия, работа, семья, ипотека… Нет этому списку конца. Как только ты начал самостоятельно ходить и говорить — все, кончилась твоя воля, когда ты мог спокойно хлопать глазами и делать вид, что ничего не понимаешь. И с этого момента ты тоже садишься на карусель под названием «Ты должен». И с каждым прожитым годом ты должен все больше. «Ты должен хорошо учиться, не расстраивай маму», «Ты должен поступить в институт, ты же не хочешь идти в армию», «Ты должен выиграть эти соревнования, на кону честь факультета», «Ты должен на мне жениться, ты же честный человек», «Ты должен пойти со мной к моей маме. Нет, если не хочешь, конечно, можешь не ходить, но…», «Нашему ребенку нужен английский. Ну и что, что ему три года, это самый тот возраст», «Ты должен лететь в командировку…» Должен, должен, должен… Ты должен всем, все и всегда. Нет, время от времени кто-то что-то должен и тебе, но все-таки ты всем — больше. Неженатые мужчины — чуть меньше, чем женатые, но до конца от долга перед обществом и близкими и им не отвертеться. Женщинам в этом плане проще, они с рождения более организованные, ну по крайней мере большинство из них, и потом, они к ограничению свободы относятся проще и разумнее, они умеют и в этом плюсы видеть и невероятно ловко находят обходные пути любых ограничений, в отличие от прямолинейных и незамысловатых мужчин, в большинстве своем идущих напролом. Хотя понять, что у женщин на самом деле происходит в голове, не желаю ни одному мужчине — некоторые вещи лучше не знать…
И в результате у мужчин остаются только три места, где они могут спокойно провести хоть сколько-то времени сами с собой, вдали от бесконечных обязательств. Это гараж, это храм раздумий с белым другом в центре и, как бы странно ни прозвучало, онлайн-игры. В них ты сам выбираешь свободу направлений, ну если, конечно, не попал в клан вроде моего. Хотя по сравнению с реальностью и «Буревестники» — это не так уж и страшно.
Именно поэтому, всякий раз созерцая барак, в котором столь здорово и увлекательно проходит жизнь моего десятка, я испытываю смешанные чувства. С одной стороны, я вроде как сам выбрал эту стезю, а значит, нечего жаловаться, с другой — я должен приходить сюда каждый день как на работу и выполнять то, что мне скажут, и вот это как-то начинает неслабо напрягать. Именно это и было одной из основных причин того, что я хотел как можно быстрее разобраться с древними храмами, и в том числе поэтому я вчера боднул столь неплохой щит Джокеру.
Еще я провел вечером с полчаса в размышлениях — отогнать часть денег на мой счет в реале или пусть в игре пока полежат? В результате решил, что выводить пока не стоит, поскольку это может неслабо выйти боком. То, что факт продажи уже известен моим хозяевам, я не сомневался, но это в рамках правил и направлено это действие на достижение цели, потому и каких-либо упреков в мой адрес ждать не приходится. Да и Джокеру ничего особо не грозит. Подумав, я пришел к выводу, что теперь они знают — это мой личный «жучок», и не будут его трогать, поскольку он мне, а стало быть и им, полезен. Хотя за его будущее после моего исхода из игры я не поручусь, конечно. А вот вывод денег в реал…
Сам сгон, конечно, не приведет к особому обострению отношений, но они могут сделать оргвыводы вроде: «Мы что, тебе мало платим?» Ложечки найдутся, осадочек останется. Может, нет, но, может, и да. И вот зачем мне эта головная боль? Так что пусть денежки полежат, подождут своего часа. Думаю, тут они даже целее будут. А когда я пойму, что мое время в игре заканчивается, вот тогда их час и придет. Хотя, конечно, неплохо было бы провести тестовый перевод, да и бросать сразу большой суммой (а с чего ей быть маленькой, если я только «Рыцарского набора» четыре предмета имею), конечно, стремновато… Но тут я еще подумаю, имеется у меня еще одна идейка на этот счет.
— Ох, — в бараке раздавался басовитый стон Ура. — Ох, как же плохо-то мне. И становится все хуже и хуже…
— Чего это с ним? — Я взглянул на Лейна, по своему обычаю, лежащего наверху.
— Перепил он вчера сильно, — захихикал Пинг, тоже сегодня имеющийся в наличии, вместе со своим братцем. — Привет, Хейген!
— Перепил, перепил, — поддержал его Понг. — Хейген, привет!
— Да что перепил, это для него дело обычное, — раздалось сверху. — А вот то, что вчера об его голову три табурета разбили…
— А почему три? — Я искренне удивился. Что разбили — не удивило, забавы у нас, наемников, простые и незамысловатые.
— Так на спор же. — Лейн свесил сверху голову. — По условиям, правда, пять было, и если бы северянин не вылакал столько винища, может, он бы и продержался. Но он в себя столько ханки закинул, что и без табуреток бы свалился.
— Ох-ох-ох, — подтвердил Ур.
— И я накидался, — хмуро закончил Лейн. — Иначе бы дурака не свалял и все деньги на этого дуболома не поставил.
— Стало быть, снова на мели? — прищурился я.
— Стало быть, — кивнул Лейн. — На ней, на родимой. А что, есть работа?
— Ну, как не быть, — степенно кивнул я. — У волшебника Сулеймана все по-честному, без обмана.
— Мага пойдем убивать? — скривился Лейн. — Не люблю я их, особенно если им глотки резать надо. У них все не как у людей, опять же, заразу какую-нибудь наслать могут, потом всю жизнь чесаться будешь или, к примеру, вонять смрадно будешь постоянно.
— У нас в деревне как-то раз решили мага прибить, ну, во сне, понятное дело. Все равно перед тем, как помереть, он полдеревни сжег! — рассказал, вытаращив глаза Понг.
— Как есть полдеревни! — подтвердил Пинг.
— А вы его зачем прибивали-то, да еще спящего? — не понял я. — Если он спал, стало быть, вам-то не вредил?
— Так у него полный кошелек золота был, как же его было не придушить? — удивился Пинг.
— Обязательно его надо было придушить, — подтвердил Понг. — Как без этого? Общество бы не поняло.
Н-да, надо выяснить, откуда эти двое родом, и те места седьмой дорогой огибать. Вон какие там добрые и милые люди проживают…
Лейн спрыгнул на пол.
— Сегодня Ур не боец, — отметил он, глядя на меня. — Либо идем вдвоем, либо берем с собой этих братьев-разбойников.
— Мы не разбойники, — насупился Пинг.
— Нет, не разбойники. — Понг, похоже, тоже был задет за живое. — Мы честные воины. Просто не любим, когда чужие деньги находятся не в наших кошельках.
— Красавцы. — Лейн искренне любовался на негодование братьев. — Вот и доверь таким спину прикрывать.
— Своим в спину не бьем, — с достоинством заметил Пинг.
Я посмотрел на Лейна, тот хмыкнул, но утвердительно кивнул головой.
— Не врут. И в самом деле, ни в чем таком не замечены. Пока.
— А что за дело? — негромко спросил Пинг. — Не сильно опасное?
— Мы не трусы, — влез в разговор Понг. — Но оплата должна быть соответствующей опасности. А иначе зачем нам это нужно?
— Дело нехитрое, — объяснил им я. — Довести меня до места и подождать там. Если по дороге будет опасность — деремся все вместе. Если нет, то нет. За все про все — по шестьсот золотых на нос. Плюс дополнительное условие — об этом никто не знает. Вообще никто.
Пинг и Понг пошептались с минуту и сказали, что согласны.
— Куда сегодня? — подошел ко мне уже собравшийся в дорогу Лейн.
— Это ты мне скажи. У тебя карта есть? — Это я упустил, надо было карту купить, ведь хотел же. Может, не такую крутую, как у Рейнеке, подешевле…
Лейн достал из сумки карту и разложил ее на столе. Карта была старенькая, потертая на сгибах и замызганная, но рельеф местности вполне узнаваем.
— Куда? — спросил он.
Я вызвал интерфейс, совместил мысленно два документа и ткнул пальцем в карту Лейна.
— Здесь или почти здесь, — уточнил я. — Плюс-минус пара миль.
— Сунитра, — скривился Лейн. Пинг и Понг зашептались.
— Что-то не так? — спросил я у соратников.
— Ну не то чтобы прямо уж не так, — уклончиво ответил Лейн. — Но есть кое-что нехорошее. Это Сунитра.
— И? — Я начал заводится. — Что с ней?
— Там люди пропадают, — громко прошептал Понг.
— Деревнями, — уточнил Пинг. — С концами.
— И еще там, в болотах, раньше жил Великий Змей, — округлил глаза Понг.
— Чингачгук? — вздохнул я.
— Нет, просто Великий Змей. — Пинг не стал уточнять, кого я имел в виду.
— И что это меняет? Вы не идете? — взял я быка за рога.
— Я иду, я уже подписался. — Лейн натягивал кольчугу, чего не делал в предыдущие вылазки.
— И мы, но только если ты нам по сотне накинешь еще. — Братья наконец-то сказали что-то одновременно.
— Принимается, — коротко сказал я. — Всем еще по сотне к гонорару.
Пинг и Понг повеселели и засуетились, собирая вещи.
Да, местечко и впрямь было так себе. Хрестоматийные джунгли, с испарениями и чавкающей жижей под ногами — то ли вода, то ли сок, брызгающий из растений. Солнце еле пробивалось через переплетения ветвей деревьев, лиан, эпифитов, поэтому, выйдя из портала с залитой солнцем равнины, на которой стоял наш лагерь, мы сразу попали в сумрак.
— Змеями пахнет, — повел носом Лейн. — Поганое место, клянусь Тороком.
— Как есть поганое, — поддержал его Понг. — Не люблю я змей.
— Кто их любит, — проворчал я, порадовавшись, что в свое время обзавелся неплохим иммунитетом по отношению к ползучим гадам. Хоть и не полным, но все же…
«Вниманию игроков! Завтра, с 02:00 до 06:00 утра по московскому времени будут проводиться профилактические работы на всех серверах игры. Помимо плановых работ на серверы игры будут установлены обновления, с полным списком которых вы можете ознакомиться на нашем официальном сайте (рекомендуется). Во избежание потери опыта, предметов и сбоев выполняемых заданий администрация игры рекомендует вам на время проведения работ не заходить в нее в оговоренный отрезок времени. Благодарим вас за понимание и содействие».
Вот так вот! Ну, все подробности обновления мне, конечно, неизвестны, но вот про одно я точно знаю — ограничение на использование Вольных рот. А раз нельзя использовать, значит, очень скоро будет что использовать. Ой, чую я, пополнение не за горами… Вовремя я храмами занялся, как бы еще с завтра не пролететь! Может, попробовать сегодня оба храма обойти?
А местечко и впрямь поганое. Воняет мускусом, еще какой-то гадостью, постоянное ощущение, что под ногами что-то живое вертится, шорохи какие-то со всех сторон, и атмосфера такая… Неприятная, в общем.
Братьям тоже явно здесь не нравилось, они шли, поминутно озираясь и о чем-то своем перешептываясь. Один Лейн вел себя спокойно, было видно, что ему и впрямь все по фиг. Вот ведь цельная натура, позавидовать можно.
Храм вынырнул из джунглей как морж из-под воды — внезапно и вдруг. Шли, шли, спотыкаясь о корни и давя мелкую насекомую сволочь, миновали очередное огромное дерево — и на тебе, на полянке стоит храм, побольше, чем в прошлый раз, но, как и тот, уже немного подразрушившийся.
— Интересно, что там, внизу? — внезапно сказал Понг.
— Да, очень было бы интересно. А вдруг золото? — поддержал его Пинг. — Или бриллианты?
— А вы с чего взяли, что под храмом вообще что-то есть? — не понял я.
— А как же! Обязательно есть, — оживился Пинг. — Вон, смотри: видишь, земля слева просела и канавка образовалась? И с другой стороны так же? Так вот, это внутренняя кладка обозначилась, а стало быть, есть там подземный ход или еще какое помещение. Просто никто землю давно тут не подсыпает и изнутри ход не укрепляет. Так что он есть. Только узкий очень, странно это.
— Как пить дать, имеется. Узкий, но длинный, вон как далеко тянется, — закивал Понг.
И впрямь, канавки уходили куда-то далеко, под деревья.
— Интересно, а кому и зачем здесь, в джунглях, нужен подземный ход? Тут же, кроме зверей, никто и не ходит? — Лейн, похоже, искренне удивился.
— Не знаю. — Я пожал плечами. — Может, это вообще не подземелье под храмом, а храм над подземельем. Может, его гораздо раньше вырыли.
Братья переглянулись, но промолчали, Лейн же посмотрел на меня и спросил:
— Опять один пойдешь?
Я кивнул. Следопыт недовольно повертел головой, потом присел у одного из деревьев. Братья примостились рядом. Я махнул им рукой и нырнул в дверной проем.
«Вы вошли в храм Маанасы. Ваша задача — добыть Ключ хитрости, пройдя Испытание ловкости. В случае если игрок пройдет это задание разумно и эффективно и не затратит на выполнение более 7 минут, он имеет право на бонусную награду».
Воздух в этом храме был не такой спертый, как в предыдущем, но почему-то здесь явно ощущался запах болота. И еще — тут горели факелы, надо думать, по классической игровой традиции — неугасимым огнем. Правда, в ряде игр такие факелы можно от стен отколупать и продать за большие деньжищи, а вот в Файролле ты его не то что не продашь никому, ты его и от стены-то не больно оторвешь. А если и оторвешь, то все равно никто не купит.
Я достал меч и осторожно заглянул в зал.
Размером он был не меньше, даже, пожалуй, больше того, предыдущего. Причем хорошо так больше. Да и обставлен он был хоть как-то — куски каменных блоков, крюки на стенах, видимо, от ритуальных светильников, лавки вдоль стен, какие-то каменные полки на самих стенах — и все это в свисающей клоками паутине. И на дальней стене, как и в прошлый раз, виден ключ, правда, на этот раз сверкающий не красным, а каким-то льдисто-голубым светом. При этом он не был закрыт решеткой, как в храме Лакашмана, а помещался за ажурной сеткой, замкнутой всего лишь на плетеный крючочек. Скинь его — и бери ключ. Всего и делов-то!
Я повертел головой, осматривая стены. Нет, я догадывался, что навряд ли тут повторится то же, что было до этого, и все-таки… Со стенами все было в порядке — гладкие, в каких-то зеленоватых потеках и слегка заплесневевшие.
Я постоял у входа, подождал невесть чего… Тишина. Лишь за стенами храма вздыхают джунгли, где-то капает вода да поскрипывают и шуршат от времени старые камни. Глубоко вздохнув, я шагнул на плиты пола и по возможности быстро и бесшумно начал двигаться по направлению к ключу. Вроде как все было в порядке, я семенил по полу, постепенно ускоряясь и приготовившись в любой момент рвануть в сторону. Я добежал до ключа, а ничего так и не произошло. Я осмотрел крючок, я осмотрел сетку — все нормально, можно открывать. Протянул руку к крючку, и мой затылок и шею обдуло ветерком, а сзади раздался шуршащий звук, который я слышал у входа, только намного громче и намного страшнее. Я очень не хотел поворачиваться, поскольку уже догадывался, что именно увижу. Но при этом все мое существо кричало: «Повернись! Повернись или умрешь!»
Я медленно повернул голову и уставился в огромные и немигающие глаза гигантской змеи. Камни шуршат от времени… Ага, конечно… Тебе же даже наводку дали на то, что здесь будет! Кому нужен узкий подземный ход в джунглях, ну не буддийским монахам же? И шуршала это она, когда ползла сюда, по этому самому ходу. Вот он, страж храма, и мне его надо убить! И как? Хотя, может, и не убить, тут ведь что-то про ловкость…
Глаза гигантской гадины, не мигая, смотрят в мои. Если бы я не знал, что змеи неразумны, я бы поклялся, что она наслаждается ситуацией и язвительно улыбается. Пасть ее была полуоткрыта, и я видел два огромных клыка с зеленоватыми каплями на них. Полагаю, одной такой каплей можно весь наш клан уморить, и еще на «Любимцев судьбы» останется.
— Пш-ш-ш, — сообщила она мне, помахав в воздухе раздвоенным жалом.
— Ага, — ответил я ей и мгновенным прыжком сиганул на полку на стене.
Она метнулась следом, сбив меня своим мощным телом вниз. Я покатился по полу как мячик, перескочив через лавку, и, уцепившись за крюк, прыгнул в сторону.
Змея гоняла меня по храму как зайца. Она, наверное, сто раз могла меня уже убить, но не делала этого. Клянусь всеми богами, она просто играла со мной, как ребенок, который сначала отрывает у мухи крылья, потом тыкает в нее зубочисткой или спичкой, чтобы та ползала, и только потом ее тапочком бахает. Или газетой…
Я перепрыгивал и уворачивался, падал на пол от ударов хвостом и головой (при этом змеюка прятала клыки, чтобы я, грешным делом, не окочурился раньше времени, случайно поцарапавшись). Она нависала надо мной и всякий раз давала мне встать и снова бежать.
Страх, который переполнял все мое существо, заставил меня забыть и то, зачем я сюда пришел, и то, что мне надо сделать. Единственное, чего я хотел, — это добраться до выхода и смыться из этого храма навсегда. А лучше и из игры, причем безвозвратно. И еще — я почему-то был уверен, что если эта клыкастая гадина меня укусит, то я не только здесь богу душу отдам, но и там, в своем мире. Чушь, конечно, но тогда я думал именно так.
Она не пускала меня ко входу. Я почти подбегал к дверному проему, мог коснуться его рукой и тут же снова отлетал от ударов чешуйчато-мускулистого тела прочь, к стене с ключом.
— Бом-м-м, — раскатился по храму удар гонга.
«Вам не удалось закончить задание за 7 минут. Получение бонусной награды невозможно».
Змея вздернула голову, как будто заливаясь хохотом, клыки угрожающе задрались вверх, с них слетела пара капель яда. Ее хвост прижал меня к стене, как будто рукой. Черт, она, похоже, наигралась, и сейчас мне придет конец. Я сунул руку в сумку, надеясь нащупать хоть что-то, что мне может помочь. Зелья, свиток портала, еще какой-то свиток, видно, тот, что прочесть никто не может, деньги…
Змея отсмеялась, мотнула головой и уставилась на меня, как и в самом начале нашего знакомства. Только сейчас в ее глазах была окончательная и безоговорочная смерть. Моя смерть.
Рука по инерции шарила в сумке и нащупала что-то, что я сразу не опознал. «Я как Бильбо. Меня сейчас жрать будут, предварительно отравив, а я думаю, что у меня в карманах лежит», — пронеслось в голове.
Тем не менее я достал предмет, вызвавший мое любопытство, здраво решив, что хуже уже не будет. Тем более гадина уже раззявила свою пасть и нацелилась клыками мне в горло.
Это была статуэтка змеи, подаренная странной девочкой Пауни и врученная мне не менее жутким Апоффсом. Я поймал себя на мысли, что совсем про нее забыл и что, наверное, забавно было бы посмотреть, кто кого сделает в схватке между этими двумя рептилиями, после чего зажмурился, чтобы не видеть, как клыки змеюки приблизятся ко мне, чтобы впиться мне в горло.
Прошло секунд десять, но меня никто не рвал на части, конвульсии от вкачанного в вены яда не сотрясали мое тело, и меня никто не заглатывал целиком. Я приоткрыл один глаз и увидел в нескольких сантиметрах от себя глаз рептилии. Очень удивленный. Она смотрела на меня, и могу поклясться чем угодно, кроме удивления в ее взгляде были еще и испуг, и облегчение от того, что я жив и она, змеюка, меня не успела прикончить.
Я открыл второй глаз, и мы с полминуты таращились друг на друга.
— Пш-ш-ш, — прошипела змея, снова помахав огромным жалом и опустив глаза к статуэтке, которую я держал в руке. Ее шипение было каким-то извиняющимся, она вроде как говорила о том, что ош-ш-шиблась и не собиралась меня убивать.
Я сглотнул и ответил ей:
— Пш-ш-ш.
Я, слава богу, по-ихнему, по-змеиному, говорить не умею, но, видимо, она все поняла как надо. Хвост ее отпустил меня, она еще раз кивнула своей страшной треугольной головой, теперь уже на прощанье, и скрылась в дырке в дальнем углу храма. Только смотря на скользящее в отверстие тело, я понял, насколько она велика. Хвост гадины, перед тем как скрыться в проеме, неким хитрым финтом щелкнул по крючку на дверце, за которой был ключ, и та распахнулась. Ну, вряд ли она тот Великий Змей, о котором говорил Пинг… Или Понг? Но то, что она его родственница, причем ближайшая, — это к бабке не ходи. И я не хотел бы не то что встретиться с этим Великим Змеем, но даже и просто его увидеть…
«Вы прошли Испытание ловкости и получаете право забрать Ключ хитрости».
Я встал с пола, протянул руку и взял ключ.
«Ключ хитрости. Квестовый предмет».
А странные вещи лезут в голову после серьезного стресса. Мне вот до чертиков захотелось понять: как можно пройти это испытание, используя ловкость? Тут и сила-то не поможет. Если тех каменных обалдуев прокаченный танк, может, и разломал бы к нехорошей маме, то эту гадину так просто вряд ли завалишь. Пока мечом раз махнешь, она в тебя цистерну яда впрыснет или живьем сожрет.
Я осмотрел помещение и вспомнил, что, когда бегал по нему, пару раз спотыкался о какие-то кольца. Я всмотрелся в них, прикинул их местоположение в пространстве и покачал головой. Если какой-то ловкач не наложит в штаны при виде этой гадины, все за секунду поймет и впрямь сможет загнать ее в пять колец, так, чтобы она не смогла пошевелиться, то я скажу, что это первый хитрец и умница игры. Но это точно не я, поскольку если бы не подарок Пауни, то быть бы мне сейчас… Фиг его знает где… Спасибо ей, конечно, но вот только сердце мне говорит, что все это ох как неспроста…
Я вышел из храма и вдохнул воздух, который всего лишь десять минут назад казался мне затхлым и сырым. Не-э-эт, все-таки жить не так уж и плохо, особенно если учесть, сколько адреналина у меня сейчас в жилах, а также эйфорию, которую я испытывал от спасения.
— Ну, удачно? — Лейн вопросительно посмотрел на меня.
— Более чем, — покивал я. — А где эти двое?
— Да вон нашли какую-то мотыгу и хотят подземный ход вскрыть, думают, что там ценностей много.
И впрямь, двое братьев во всю ивановскую долбили по каменной кладке логова клыкастой твари.
— Стойте, стойте идиоты! — заорал я. — Это не подземный ход!
— А что же тогда? — недоверчиво спросил Пинг.
— Да, что? — поддержал его Понг.
— Это канализация, — постучал я себя по лбу. — Монахи туда…
— Мы не совсем уж деревенщина, — обиделся Пинг.
— Мы знаем, что такое канализация, — объяснил мне Понг. — Хорошо, что не вскрыли, не успели. Вот он чего такой узкий-то!
Пинг кивнул.
— Ну, куда дальше? В расположение или в Мейконг? — Лейн ехидно улыбнулся и посмотрел на меня.
— Как насчет посещения еще одного места? Плата та же, — не менее ехидно улыбнулся я в ответ.